Спасите наши души!
Мы бредим от удушья.©

Отчаяние, надежда, желание чувствовать себя важными и нужными. Эти эмоции толкают людей на безумные поступки, которых они никогда бы не совершили, если были бы равнодушны к ближним и миру, в котором живут. Когда же мы, обычные студенты со своими подростковыми проблемами, успели превратиться в людей, готовых пойти на убийство? Да, пусть и чудовища, терроризирующего целый мир, но тоже бывшего когда-то человеком, которого обстоятельства вынудили вести себя определенным образом. Но почему этой проблемой занимаемся мы, самонадеянные волшебники-недоучки, а не те, кто старше, опытнее и посвятил свою жизнь подобного рода делам? Разве нет какого-то предприятия по типу Аврората в Гарри Поттере, что боролось бы со злодеями и обеспечивало безопасность волшебников? И почему меня не покидает ощущение, что, даже занимаясь спасением Филлори по собственной воле, мы все равно остаемся ведомыми кем-то марионетками? Так много вопросов, но с каждым ответом возникают новые, совсем не приближая момент, когда все пришло бы в норму. Еще бы мы помнили, каково это... Понимая, что шансов на успех у нас не так-то много, мы даже накануне дела все поговорили друг с другом. На случай, если кто-то облажается и не вернется. Элис, как всегда, холодно выслушала меня и ни капли не приободрила. Марго пыталась утешить, в свойственной ей манере отмахнувшись от грозящей нам опасности. Элиот же пытался до меня донести, что я ему дорог. Будто я этого раньше не знал, серьезно. Но н а с к о л ь к о, видно, не понимал.
Живым щитом кидаясь между Зверем и Элис, когда тот попытался разрубить девушку пополам заклинанием, я думал о том, что свихнусь без нее. И, более того, что свихнусь, если буду понимать, что мог спасти ее, но ничего не сделал для этого. Это была даже не мысль, а чистый рефлекс. Мне не нужно было размышлять, стоит ли жизнь Элис таких жертв. Стоит. Любой боли стоит, любого моего поступка. Наградой мне за рассеченное плечо служит полный паники взгляд блондинки, в следующую секунду взревевшей так, будто ее рвут на части. Изрядно вскипев, Элис снова и снова посылала боевые заклинания в Четвина, пока не отогнала достаточно далеко, чтобы не задеть меня намного более мощным заклинанием. Вот только Зверь все равно оказался быстрее, сметая девушку с пути и кидая на камни, нарочно и демонстративно так, чтобы добить хрустом ее костей и предсмертным вздохом.

Наш SOS все глуше, глуше,
И ужас режет души
напополам!©

Пауза. Паника. Расширенными от ужаса глазами наблюдаю, как монстр снова возвращает свое внимание ко мне. Сейчас не станет и меня. В одну минуту, один вздох, сознание погаснет и исчезнут все эти страхи, сожаления, станет все безразлично, потому что я просто перестану существовать. Я не увижу, удастся ли моим друзьям победить Мартина и спасти Филлори, я не узнаю, как больно им будет потерять меня. Наверное, это их повергнет в такой же шок, как меня от смерти Элис. Никто из нас не готов к такому исходу. Нам оптимистично казалось, что мы предусмотрели все и у Зверя просто нет шансов на победу. Видимо, где-то в расчетах все же пряталась погрешность, раз сейчас уже двоих из нас попросту не станет.

Откуда взялся Элиот? Он просто выскочил из кустов под крики Марго и Джулии. Они же ведь должны были сейчас... черт, я не помню, где они должны были быть и что делать. Да и важно ли это теперь... Зверь отвлекся из-за этого от меня в очередной раз, и это не сулит нам ничего хорошего — Элис была лучшей из всех по части магии и никому не повторить задуманного, раз даже у нее не получилось. Вога просто постигнет та же участь, что и блондинку, и я снова буду беспомощно наблюдать, как уходят из жизни близкие мне люди, а я даже ничего не смогу сделать, ибо банально подняться не могу, не то что пытаться колдовать с раскромсанной на куски рукой. Ловлю на себе непроницаемый взгляд Элиота, начиная замечать опасное голубое свечение вокруг него. Магия сжигает глупого волшебника, взявшегося за то, на что у него не хватит сил.

— Посмотрите, еще один! Опыт вас ничему не учит, — Притворно расстроенно вздохнул Мартин, безучастно наблюдая за смертью противника. Громкий крик возвестил о том, что еще с одним покончено, даже без усилий со стороны Четвина. — Продолжим?

Зажмурившись и ожидая смерти, я молился о том, чтобы Марго хватило ума и духу убежать и увести с собой Джулию, чтобы больше никто не пострадал, но вдруг снова услышал голос Эла. Он измывался над Зверем, пуская в ход один за одним огненные шары. Ниффин пришел завершить начатое при жизни, ну да. Вот только это означает, что Вог превратился в сгусток магии, которой нет дела ни до чего и ни до кого, и после Зверя он разделается со всеми остальными. Это уже не наш Элиот. Иголка понимания больно колит где-то в груди, а крики Джулии о том, что ниффина нужно заточить в шкатулку, только загоняют ее глубже.

— Не трогай их, тебе ведь нужен я, — голос предательски хрипит, пока пытаюсь подняться на ноги. В другой ситуации это было бы даже пикантно — стоять перед Элиотом на коленях и умолять его даже не смотреть в сторону девушек, но сейчас совсем не те обстоятельства, чтобы даже улыбнуться.